Общая тетрадь

вестник школы гражданского просвещения

 
 

Оглавление:

Семинар

Тема номера

ХХI век: вызовы и угрозы

Концепция

Дискуссия

Наш анонс

Свобода и культура

Новые практики и институты

Личный опыт

Идеи и понятия

Горизонты понимания

Nota bene

№ 30 (3) 2004

Андрей Никитин. Пермь — родина российского либерализма.


В одной из главок этой небольшой книги ее автор Андрей Игоревич Никитин пишет: как-то президент Международной конфедерации обществ защиты прав потребителей Александр Аузан обронил в Перми фразу: «У нас в Москве популярна формула: если географической столицей России является Москва, культурной — Петербург, то столица гражданского общества — Пермь».

Действительно, то ли вовремя собрались люди в нужном месте, то ли сработала историческая традиция, но так уж вышло, что Пермь оказалась выдвинута нашей новейшей историей в лидеры гражданских инициатив.

Московская школа политических исследований неоднократно проводила в этом городе свои семинары и всегда встречала теплый прием. У Школы в Перми много друзей и выпускников, которых можно встретить и на этих страницах.

Андрей Никитин родился в 1958 году в г. Оханске Пермской области. Закончил в Перми школу и химический факультет Пермского госуниверситета, после чего был направлен по распределению в г. Березники, где работал инженером в НИИ.

После возвращения в Пермь работал сменным мастером в гальваническом цехе на заводе «Моторостроитель», затем корреспондентом многотиражки на этом же предприятии. Поступил учиться на факультет журналистики Уральского университета, который закончил в 1991 году.

Работал в региональных газетах «Молодая гвардия», «Звезда», «Пермские новости», в последней несколько лет главным редактором. Был собкором центральных газет «Пролог» (российская газета независимых профсоюзов), «Комсомольская правда», «Известия».

Писал материалы из «горячих точек» России и бывшего пространства СССР.

РАЗГОСУДАРСТВЛЕНИЕ МЫСЛИ

Появление точек возмущения, возникновение незапланированных инициа­тив и непуганых инициаторов свидетельствует, что в России вместе с прива­тизацией, то есть разгосударствлением собственности, происходит разгосуда­рствление мысли. Народ, бесконечно обязанный императорам и генераль­ным секретарям (за то, что они лучше его самого знали его чаяния и заботи­лись о нем, забитом, и оберегали, как могли, и мыслили соответственно за него), вечно и безальтернативно обязанный кому-то, начинает просыпаться. Не для того, чтобы «до основанья, а затем... », а в смысле «мыслить». Ибо ког­да мы начинаем мыслить самостоятельно, начинает происходить переоценка. Хотя вслед за разгосударствлением мысли вовсе не обязательно ожидать действия. По крайней мере, не от каждого.

Есть, однако, в обществе три субъекта, от которых мы не только вправе, а должны ожидать адекватных действий. Это разрозненная сегодня триада: власть, бизнес и гражданское общество. К каждому из них претензий выше крыши, но именно от их взаимоотношений зависит будущее России.

Объективно все три названных института имеют свои интересы, противоре­чащие друг другу. Власть — расширить и укрепить свое влияние. Бизнес — ос­лабить любой контроль над своей деятельностью. Общество — добиться неза­висимости от первых двух. При этом нормальное развитие власти и бизнеса невозможно без нормального и свободного развития общества — как посред­ника, цензора, надсмотрщика, регулятора, главного заказчика услуг и их пот­ребителя, наконец.

ТРИ ПРИВИВКИ

Для того, чтобы разгосударствление мысли случилось — а оно не может происходить всюду одновременно — нужна подготовительная работа, которая легче и быстрее идет, если есть соответствующий исторический фон, духовная основа, традиция. В Перми — так уж вышло — эти сопутствующие гражданскому обществу обстоятельства сложились раньше и проявились отчетливее, нежели во многих иных городах и весях.

Почему-то хочется уподобить их прививкам. И не столько «ОТ…» (страха, эгоизма, ограниченности, жлобства, авторитарности, цинизма и прочих проявлений несвободы) сколько «ДЛЯ…» (гражданской активности, уважения иного мнения, готовности к диалогу, осознания свободы как высшей ценности).

Первая прививка — собственно историческая. Объясняющая, с чего вдруг Пермь начали называть родиной либерализма. Почему особенно интересно именно сейчас изучать творчество Петра Струве и Михаила Осоргина, кото­рым суждено было родиться в Перми и напитаться здесь здоровым провинци­альным духом. Потому что именно тогда они писали о том, что происходит се­годня в стране, в душе ее жителей, в провинции.

«Национальная идея современной России есть примирение между властью и проснувшимся к самосознанию и самодеятельности народом», — замечает Струве, удивительным образом воспроизводя сегодняшнюю ситуацию, как будто тот момент, когда он писал об этом, заботливо сохранили и перенесли в наше время.

После того как вернулось из забвения творчество забытых или недооценен­ных писателей прошлого века, как-то так скромно пришли к нам из Франции в том числе и книги Михаила Осоргина и в неизвестность уже не канули, ци­тируются все чаще и боле. А история о том, как маленького Мишу несправед­ливо наказали и заперли в чулане, после чего он бесконечно полюбил свобо­ду, ныне преподносится трактователями уже чуть ли ни как идейный исток российской либеральной мысли.

Впрочем... «не будь в моем детстве чулана, я мог бы сложить для себя из всех этих книжных кирпичей сносное жилище, пробив в нем окошечко с решеткой, и спокойно глядеть на мир, как смотрят многие отличные люди. Этого не случилось, и, когда муха бьется в стекло, я спешу отворить окно и помочь ей вылететь; и даже если это не муха, а комар, напившийся моей крови, — все равно! Не потому, что я такой милостивец, — я, может быть, прихлопну его ладонью прежде, чем он успеет меня укусить, жизни лишу, но свободы лишить не способен: свобода в триллион раз ценнее жизни, это я раз навсегда решил и за себя, и за комара!» Цитата-то и вправду и хороша, и уместна.

Как бы то ни было, и литератор Осоргин, и исторический деятель Струве та­ковую прививку безусловно получили. Видимо, воздух в Перми особенный.

Прививка вторая, назовем ее идеологической. В годы Великой Отечествен­ной войны именно в Пермь шла эвакуация многих ленинградских предпри­ятий, учреждений культуры, научных институтов. Так в Перми возникло знаменитое ныне хореографическое училище, давшее вторую жизнь не ме­нее знаменитому Театру оперы и балета. Так Пермь обогатилась новыми на­укоемкими заводами и НИИ,в том числе оборонными, требующими недюжинной технической интеллигенции. Так Пермь обогатилась людьми, мыс­лями, идеями, в том числе свободными, которые в Питере никогда не уми­рали.

Третья прививка — пенитенциарная, ибо исстари Прикамье считалось ссыль­ным краем. Можно даже сказать, элитарно-ссыльным. Относительно недав­няя история, некоторые очевидцы и участники которой еще находятся (тьфу­-тьфу) в добром здравии — тому подтверждение.