Общая тетрадь

вестник школы гражданского просвещения

 
 

Оглавление:

К читателю

Семинар

Тема номера

Россия и Запад

Власть и общество

Закон и право

Регионы России

Точка зрения

Личный опыт

Из отечественных изданий

Наш анонс

Nota bene

№ 3 (56) 2011

К читателю

Юрий Сенокосов, главный редактор журнала «Общая тетрадь»

Как известно, истина может быть разной — божественной, философской научной, идеологической, а иногда ссылаются на истину, присущую якобы общественному мнению. Речь, конечно, идет в этом случае не об истине, а стереотипах массового сознания, и поэтому им легко манипулировать. Истиной же манипулировать невозможно, хотя от этого проблема не исчезает. Более того, именно в том, что истины разные, и заключается проблема. Если не забывать о разных религиях, в каждой из которых есть свой Бог как истина, о существовании философии, науки, искусства, права. Не говоря уже о миллионах людей с разным цветом кожи и расовой проблеме, о проблеме богатых и бедных, о тысячах языков, включая профессиональные (физики, биологии, экономики, социологии, эстетики и т. д.), о нравах, разных вкусах. Так как же во всем этом разобраться, если мы говорим одновременно о человечестве, то есть интуитивно принадлежим тем самым к человеческому роду.

Чтобы приблизиться к ответам на эти вопросы, скажу вначале о расовой проблеме и проблеме бедных и богатых, которые, как показывает исторический опыт, все же поддаются решению, когда люди начинают бороться за свои права и считают себя гражданами, “забывая” об этническом происхождении, а бедность уменьшается не только с помощью «диктатуры пролетариата». Вопрос о разных естественных языках преодолевается с помощью переводов. О вкусах согласились не спорить после появления эстетики — философской дисциплины, изучающей художественные оценки, соответствующие представлениям о прекрасном, безобразном, возвышенном, низменном и т. д., обращаясь к художественному творчеству. А вопрос о нравах (моральных практиках) стал более ясным с появлением современной этики — раздела философии, изучающей мораль, ее сущность и роль в общественной жизни.

А что касается профессиональных языков, то здесь — в естественных науках опорой их развития становится абстрактный язык математики, а в гуманитарных и социальных науках на первый план выходят личность и право. Но проблема истины при этом, естественно, не исчезает, продолжая сохранять свою актуальность. Ибо истина коммуникативна, и если она вызывает конфликты, то только потому, что чаще всего к ней относятся не более как к формальному «выражению» мыслей, имеющему нечто вторичное по отношению к самой мысли. «Истина не может быть понята вне коммуникации. В сфере “экзистенционального” истина и коммуникация суть одно»*. Поэтому нельзя исключать, что истина есть то, что людей объединяет. А иначе философы и теологи не писали бы свои трактаты, не создавались бы произведения искусства и литературы, не совершались научные открытия, не было бы разделения властей. А в наши дни сторонники разных истин и люди разных национальностей не стремились бы к преодолению конфликтов и к миру, не обсуждали на международных конгрессах и конференциях волнующие человечество проблемы экологии, здравоохранения, экономические и финансовые проблемы. И не появились бы современные технические средства массовой коммуникации.

Так что же побуждает людей разных убеждений, взглядов, вероисповеданий полагаться на такие, казалось бы, абстрактные ценности, как истина, добро, дружба, человеческое достоинство? И одновременно стремиться к реализации в общественной жизни столь же абстрактных понятий, как свобода и справедливость? С одной стороны, личное знание о несовершенстве человека как такового, его склонности к обману, зависти, коварству, насилию, а с другой — убеждение в возможности их преодоления не только личными усилиями, но и усилиями общества, когда возникают конфликты и кризисные ситуации, и для их решения существуют давно изобретенные закон и право. По аналогии с законами природы, когда для их анализа с целью практического использования стал применяться математический аппарат. А законодательство, на основе которого принимаются судебные решения, в сущности, такая же математика — только в виде правовых норм, формировавшихся не без влияния религиозных заповедей и этических норм.