Общая тетрадь

вестник московской школы гражданского просвещения

 
 

Дневник

Фукуяма о кризисе политической системы США

 / 16 Сен.
 

Политолог Стивен Сковронек описал амриканское государство XIX века, как «государство судов и партий». Функции, выполнявшиеся в Европе исполнительными органами, в США брали на себя судьи и выборные представители, парламентарии разных уровней. Создание современной, централизованной, меритократической бюрократии, способной административно действовать на всей территории страны, началось лишь в 1880-е годы, а количество профессиональных госслужащих заметно выросло лишь во времена "Нового курса" Франклина Делано Рузвельта, полвека спустя. Эти перемены происходили в США позже и медленнее, чем во Франции, Германии и Великобритании, пишет Фрэнсис Фукуяма в недавней статье в журнале Foreign Affairs. 

Вместо того, чтобы быть ограничителями власти, суды в сегодняшних США превратились в инструменты расширения власти. То же касается и групп интересов, которые способны влиять на политику через конгресс. Все это сокращает автономию бюрократии, что в свою очередь ведет к негибкому, нетворческому госуправлению. И кризису репрезантативности. 

Происхождение американской модели связано с исторической последовательностью, в которой развивались три группы институтов. В таких странах, как Франция и Германия, первым состоялось и кодифицировалось право, затем сформировалось современное государство, затем демократическая форма правления. В США глубокая традиция английского общего права была первой, но за ней следовала демократия и только потом – современное государство. Государство всегда было в Америке слабее, чем в Европе и Азии. Более того, для политической культуры США характерно недоверие к государству. 

В США есть множество государственных органов, созданных конгрессом, но у них нет полномочий по формированию правил игры и принуждению к их соблюдению. Эта власть дана парламентариям (правила) и судам (применение). Даже на уровне статистики очевидно, что власть эта укрепляется: количество дел, предполагающих создание судебных прецедентов, например, связанных с борьбой за социальные права, выросло со 100 в год в 1960-е годы до 10 000 в 1980-е и более 22 000 в конце 1990-х. 

Конфликты, которые в Швеции или Японии разрешаются в процессе консультаций между заинтересованными сторонами и бюрократией, в США переносятся на арену формальных судебных споров. Конечно, суды позволили отстоять права многих социальных группы. Но у этой ситуации есть и издержки. В ситуациях, когда нужно быстрое решение (углубить порт Окланда, например), следуют бесконечные судебные тяжбы о том, что делать с донными отложениями отходов. В итоге расширение порта проводится с огромным опозданием и расходами многократно превышающими изначально запланированные. Аналогичное расширение порта Ротердама было проведено гораздо быстрее. 

Американское государство снова стало "государством судов и партий". Оно также стало государством групп интересов. Традиционная для Америки система сдержек и противовесов углубилась и лишилась гибкости. Данные о росте количества лоббистов говорят сами за себя: 175 фирм были зарегистрированы в качестве лоббистов в 1971 году. Через 10 лет их было 2500. В наше время – более 13 000. Эта индустрия тратит в год 3,5 млрд долларов. 

У общества в целом нет таких возможностей организовываться и защищать свои интересы, какими располагают банкиры, проивзодители лекарств или, к примеру, кукурузы. В ситуации резкой поляризации партий децентрализованная система все меньше способна представлять интересы большинства. Она дает непропорционально высокое представительство группам интересов и организациям активистов, которые, взятые вместе, не составляют суверенного американского народа. 

Грустный итог состоит в том, что самоусиливающиеся тенденции подпитывают нынешнюю политическую болезнь США. Разложение американской политики будет продолжаться до тех пор, пока какой-либо внешний шок ни станет катализатором для появления подлинной коалиции реформ. 

Пересказанная здесь кратко статья Фрэнсиса Фукуямы представляет собой введение ко второму тому "Происхождения политического порядка", который готовится к выходу: Political Order and Political Decay: From the French Revolution to the Present, 2014. Иллюстрация: Бенджамен Хейдон. Конференция против рабства, 1840 (Национальная портретная галерея, Лондон), creative commons.

МТ

comments powered by Disqus