Общая тетрадь

вестник школы гражданского просвещения

 
 

Оглавление:

К 25-летию Школы

Семинар

Тема номера

Тема номера

Гражданское общество

Точка зрения

История учит

Горизонты понимания

Горизонты понимания

№ 72 (1-2) 2017

Политическая экономия реформ:уроки посткоммунистических стран для ЕС*

Сергей Гуриев, ведущий экономист Европейского банка реконструкции и развития, профессор экономики Института политических исследований, Париж

Несмотря на проблемы, Евросоюз является успешным проектом. Это единственное в истории наднациональное объединение, государства-члены которого сознательно пожертвовали значительной частью своего суверенитета и которое обеспечило мир и процветание на территории, раздиравшейся конфликтами и войнами на протяжении тысячелетий. Именно поэтому все больше соседних государств хотят присоединиться к ЕС, а мигранты и беженцы из многих стран стремятся попасть туда.

В последнее время ЕС столкнулся с рядом жизненно важных проблем. Опыт глобальной рецессии конца первого десятилетия 2000-х обнаружил необходимость реформ по двум направлениям: во-первых, снижения гетерогенности между членами Союза, особенно в пределах Еврозоны, для чего придется провести реформы рынка труда, финансовые и пенсионные, в области регулирования предпринимательской деятельности и т.д.; во-вторых, завершения структурного объединения Союза — создания единого банковского пространства, единой системы страхования по безработице, объединения рынков капитала, выработки единой политики в отношении беженцев и многих других сфер деятельности ЕС.

Несмотря на очевидную необходимость реформ, их проведение замедлилось из-за последствий экономического спада. Предыдущие этапы евроинтеграции осуществлялись в условиях достаточно динамичного, стабильного и всеохватывающего экономического подъема. Теперь ситуация заметно изменилась: правительство и население обременены долгами, замедлились темпы экономического роста, некоторые страны не могут преодолеть высокий уровень безработицы, не говоря уже о ряде стран с высоким уровнем длительной безработицы*. В условиях ограниченной возможности манёвра бюджетными средствами и медленного роста реформы, направленные на социальную поддержку, также замедлились.

Именно в это время, на мой взгляд, членам Евросоюза стоит обратить внимание на опыт реформ посткоммунистических стран в 1990-е годы, так как нынешние кризисные условия напоминают стартовые условия транзита. Во-первых, тогда стало понятно, что коммунистическая система уже неэффективна и необходимость реформ очевидна для развития. Во-вторых, большинство государств бывшего соцлагеря оказались банкротами и имели ограниченные возможности займа. В-третьих, целые отрасли экономики оказались неконкурентоспособны и была необходима их радикальная реструктуризация.

В результате реформ на посткоммунистическом пространстве большинство стран с переходной экономикой существенно сократили разрыв с Западной Европой по душевому ВВП. Согласно Докладу о переходном процессе, опубликованному ЕБРР в 2016 году, эти страны почти достигли западноевропейского уровня удовлетворенности жизнью. Однако в последние годы опросы демонстрировали низкие показатели удовлетворённости уровнем жизни населения стран, проводящих реформы, по сравнению со странами, уже завершившими переход, независимо от уровня доходов*.

Для понимания содержания политических реформ необходимо посмотреть на проблему шире среднестатистического дохода. В Отчёте о переходном процессе за 2016–2017 (ЕБРР 2017) показана динамика различных аспектов благосостояния. Хотя изменения явно произошли, для большинства населения они не были впечатляющими. Выяснилось, что лишь 44% населения посткоммунистических стран сравнялось с жителями Западной Европы по темпам роста доходов, но их доходы росли все же быстрее, чем в среднем в странах G7.

Стоит отметить, что наиболее болезненный период реформ пришелся на 1989–1996 годы. Согласно исследованиям, в те годы лишь 10% всего населения могло похвастаться хоть каким-то ростом доходов.

Предметом наших исследований была также зависимость изменений физического состояния населения от уровня удовлетворенности жизнью. Например, обнаружилось, что перенесенные в возрасте до двух лет жизненные невзгоды негативно влияют на рост человека в дальнейшем. Замеры показали, что рост взрослых людей, родившихся в периоды социальных и экономических спадов, меньше на 1–2 см. То же самое можно наблюдать у детей в подростковом возрасте: дети, родившиеся в год начала экономических реформ, в среднем на 1 см ниже родившихся в период экономического роста. Наиболее заметно этот эффект проявляется в социально неблагополучных семьях (с низким уровнем образования и дохода), в то время как в семьях, где у родителей есть среднее и высшее образование, подобный эффект не был отмечен. Та же тенденция наблюдается и в общем уровне удовлетворенности жизнью. Люди, родившиеся в неблагополучных семьях в годы экономических реформ, в будущем менее удовлетворены, чем люди из благополучных и более обеспеченных семей.

В ряде стран в результате болезненных реформ к власти пришли радикально настроенные политические лидеры, которые свели на нет положительный эффект демократических преобразований или сменили политический курс, что позволило им создать коррумпированные финансовые и политические институты для обслуживания собственных интересов*. В отдельных случаях им удалось разрушить демократическую систему сдержек и противовесов, что сделало невозможным для оппозиции поставить под общественное сомнение легитимность нахождения во власти коррумпированных политиков, даже несмотря на невыполненные предвыборные обещания экономического роста.

Реформаторы ЕС в настоящее время должны вынести из этого жизненно важный урок: любые реформы, связанные с краткосрочными потрясениями и долгосрочной экономической выгодой, крайне рискованны, потому что даже меньшинство, страдающее от этих реформ, может привести к власти радикально настроенные политические группы, которые затормозят или вовсе сведут на нет весь эффект от проводимых реформ. Необходимо с самого начала учитывать интересы всех слоев населения и социальных групп не только в долгосрочной, но и в краткосрочной перспективе.

Другой не менее важный урок и вопрос — вид компенсации, получаемой населением в случае безработицы. Учебники по экономике предлагают нам упрощенную и статичную картину мира, в которой человек, потерявший заработок вследствие проводимых государством реформ, получает единовременную выплату. Однако в действительности негативное влияние безработицы на человека куда более серьезно. Помимо уменьшения или потери человеческого капитала (навыков и знаний, способных приносить доход), исследователи подчеркивают негативные последствия нездорового образа жизни. Социологические опросы показывают, что негативные последствия потери работы намного превосходят негативные последствия снижения заработка при сохранении рабочих мест*.

Таким образом, становится очевидной необходимость разработки активной политики рынка труда и процесса создания рабочих мест. Это должно стать приоритетами не только для властей, но и для профсоюзов в странах, находящихся в стадии экономических изменений.

Предпринимавшиеся в последние годы усилия ЕС по снижению уровня безработицы потерпели неудачу, особенно в южных регионах. Это привело к снижению уровня доверия к европейским политическим лидерам и системе в целом, а также к увеличению числа голосов, отдаваемых за радикально настроенные партии. В недавнем исследовании мои соавторы Ян Алган, Элиас Папаиоанну, Евгения Пассари и я предприняли попытку анализа изменений уровня безработицы в европейских регионах до и после экономического спада. Для определения причинно-следственного влияния занятости населения на результаты голосования мы использовали так называемые инструменты американского экономиста Бартика*.

Было выявлено, что колебания уровня безработицы почти не влияют на уровень доверия между людьми к силам правопорядка, церкви и глобальным институтам. Однако повышение уровня безработицы приводило к снижению уровня доверия к национальным и общеевропейским политическим силам и институтам и к росту популярности радикально настроенных политических партий.

Такая же интересная закономерность была выявлена и в ходе исследования зависимости между уровнем безработицы и итогами голосования за выход Великобритании из Евросоюза во всех 379 выборных округах страны. Несмотря на гибкую трудовую политику и достаточно низкий средний уровень безработицы, в тех округах, где вследствие рецессии уровень безработицы выше хотя-бы на один процент, количество голосов на референдуме о выходе Британии из ЕС как минимум на пять процентов был больше в пользу выхода.

Евросоюзу необходимы реформы. Однако ключевым фактором их успеха является инклюзивность, включенность населения, причем с самого начала этого процесса. Инклюзивность в этом случае подразумевает не только и не столько справедливое перераспределение материальных благ, сколько пересмотр политики рынка труда и создание новых рабочих мест. Даже при условии адекватных социальных выплат безработные слои населения демонстрируют куда более низкий уровень удовлетворенности жизнью, что, в свою очередь, может привести к резкому росту привлекательности радикально настроенных политических сил в этой среде, что неминуемо приведет к торможению процесса реформ.

ЛИТЕРАТУРА

Algan, Y., Guriev, S., Papaioannou, E., Passari E. The European Trust Crisis, mimeo, Sciences Po, Paris, 2017.

Bartik, T. J. Who benefits from state and local economic development policies?, Upjohn Press, 1991.

Bentolila, S. and Jansen, M. Long-Term Unemployment After the Great Recession: Causes and Remedies, CEPR Press, 2016.

Clark, A., Fleche, S., Layard, R., Powdthavee, N. and Ward, G. Origins of happiness: Evidence and policy implications, VoxEU.org, 12 December, 2016.

Deaton, A. Income, Health, and Well-Being around the World: Evidence from the Gallup World Poll» // Journal of Economic Perspectives 22(2), 2008:

pp 53–72.

Djankov, S., Nikolova, E. and Zilinsky, J. The Happiness Gap in Eastern Europe. // Journal of Comparative Economics 44(1), 2016: 108–124.

EBRD, Stuck in Transition, Transition Report 2013, London. http://2013.tr- ebrd.com/

EBRD, Transition for All: Equal opportunities in an unequal world, Transition Report 2016- 17, London. http://2016.tr-ebrd.com

Guriev, S. and Zhuravskaya, E. (Un)happiness in Transition // Journal of Economic Perspectives 23(2), 2009: 143–168.

Sanfey, P. and Teksoz, U. Does Transition Make You Happy? // Economics of Transition 15(4), 2007: pp. 707–731.

Клас Ольденбург. Ежедневник на январь. 1963