Общая тетрадь

вестник школы гражданского просвещения

 
 

Оглавление:

Семинар

Тема номера

ХХI век: вызовы и угрозы

Концепция

Дискуссия

Наш анонс

Свобода и культура

Новые практики и институты

Личный опыт

Идеи и понятия

Горизонты понимания

Nota bene

№ 30 (3) 2004

Гражданское общество

Ирина Бусыгина
Андрей Захаров

Основные подходы к определению гражданского общества

Гражданское общество — важнейший элемент демократической политичес­кой системы, предполагающий активное вовлечение граждан в обществен­ную жизнь, их искреннюю заинтересованность в общественных делах и проб­лемах. В последние годы и в западных демократиях, и в странах демократи­ческого транзита концепция гражданского общества — как «власти народа», как идеи политической инициативы, направленной снизу вверх, — пользуется крайней популярностью.

Существует два базовых подхода к осмыслению сущности гражданского обще­ства. Прежде всего, в нем можно видеть определенную систему ценностей, разделяемых гражданами данного социума. Иными словами, гражданское об­щество есть определенное качество его граждан. Согласно этому взгляду, разде­ляемыми гражданами ценностями являются солидарность, доверие и толе­рантность: граждане помогают и доверяют друг другу, уважают мнение дру­гих, даже не соглашаясь с ним.

По Роберту Патнэму членство в гражданском обществе требует равных прав и обязанностей для всех. Это достигается «горизонтальными связями взаимности и кооперации, а не вертикальными связями авторитета и под­чиненности». Граждане взаимодействуют как равные, а не как патрон с кли­ентом или правитель с подданными. Однако они не должны быть альтруис­тами, самозабвенно несущими «все свое» на алтарь общества. Граждане должны обладать «правильно понимаемым интересом» (определение Алек­сиса де Токвиля), то есть вписывать свои потребности в контекст общест­венных нужд.

Нормы и ценности гражданского общества воплощаются и реализуются че­рез конкретные социальные структуры и формы практической деятельнос­ти. Поэтому гражданское общество можно понимать как общественный сектор, который расположен между семьей и государством, занятый организациями, отде­ленными от государства, обладающими автономией по отношению к нему и форми­руемыми гражданами на добровольной основе для защиты и/или продвижения их ин­тересов и ценностей: Алексис де Токвиль, размышляя об условиях, питающих демократию в Америке, отмечал склонность американцев к созданию гражданских и политических организаций. «Американцы беспрестанно объеди­няются в разные союзы», — констатировал он.

Отметим, что национальные контексты устройства в роли гражданского об­щества различаются довольно существенно. Так, для американцев характе­рен «токвилевский» подход, подразумевающий очень высокую степень авто­номии гражданского общества от государства. В то же время континенталь­ным демократиям (Франции, Германии) присуща большая вовлеченность го­сударства в дела гражданского общества, в частности финансирование его структур.

Гражданское общество и государство

Как правило, исследователи единодушны в том, что следует отличать гражда­нское общество от политического и экономического общества. Гражданское общество нередко определяют через противопоставление государству. В сво­ем крайнем выражении этот подход причисляет к гражданскому обществу все структуры и институты, которые не являются составляющими государствен­ного аппарата. Бинарная оппозиция «гражданское общество — государство» получила особое признание в последние десятилетия XX века в связи с кризи­сом и последующим падением диктаторских и авторитарных режимов в Латинской Америке и Восточной Европе.

В целом взаимоотношения государства и гражданского общества довольно разнообразны. Во-первых, гражданское общество связано с государством ге­нетически. На определенном этапе общественной эволюции государствен­ная власть отказывается от прямого регулирования целого ряда сфер обще­ственной жизни, предоставив их самим гражданам. Иными словами, граждан­ское общество вышло из недр государства, и потому говорить об абсолют­ном противоречии между ними не приходится. Во-вторых, гражданское общество уравновешивает государственную власть, не позволяя ей претен­довать на монопольное управление. Оно сдерживает притязания целого (го­сударства и его политики), ориентируясь на частное и отдельное (личность и ее интересы). Тем самым более или менее успешно сглаживается присущая государству приверженность коллективам и их совокупностям. В-третьих, гражданское общество способно дополнять государственную власть, возла­гая на себя ее традиционные обязанности и функции. В условиях наметив­шегося в последнее время падения престижа национальных государств, сти­мулируемого глобализацией, данная тенденция проявляет себя все более от­четливо.

Взаимоотношения гражданского общества и государства отнюдь не статичны; гражданские институты и организации играют различную роль в условиях стабильного или кризисного развития государственности. По этой причине исследователи подчеркивают принципиальную качественную разницу между гражданским обществом в молодых и устоявшихся демократиях. В то время как на Западе все большее беспокойство вызывает нарастающая аполитич­ность гражданской жизни, на Востоке конфликты между гражданским обще­ством и государственной властью по-прежнему не являются редкостью.

Формы гражданского общества

Гражданское общество, если исходить из широкого его понимания, проявляет себя в самых разных формах: группы, ассоциации, структуры и сети граждан­ского общества бесконечно разнообразны. В его понятие входят и «группы ин­тересов», такие как профессиональные союзы и ассоциации, и «традицион­ные» организации, основанные на этничности, культуре или территориальной идентичности. Это могут быть формальные структуры и неформальные соци­альные сети, основанные на отношениях клиентеллы; институты, играющие существенную политическую роль и выдвигающие политические цели, и те, чья деятельность лежит по преимуществу вне политики.

Обобщая, можно выделить следующие сегменты гражданского общества:

• наиболее крупные, укорененные, социальные или социально-экономические организации, прежде всего церкви и профессиональные союзы;

• группы, формирующиеся с целью решения каких-либо социальных или со­циально-политических проблем; к таковым можно отнести правозащитное движение, группы, осуждающие или поддерживающие практику абортов, «ан­тиникотиновые» группы и др.;

• социальные и культурные группы, такие как спортивные, экологические клу­бы, общества любителей музыки, разнообразные «кружки по интересам»;

• неформальные общности, основой которых является культурная, террито­риальная и/или этническая идентичность, — этнические ассоциации, «земля­чества», племенные группы;

• большой круг некоммерческих организаций (они характерны в основном для стран демократического транзита), оказывающих услуги с целью ускоре­ния социально-экономического развития страны; среди них крестьянские ас­социации, сельскохозяйственные кооперативы, агентства по территориаль­ному развитию, общества защиты детства и многие другие.

Отметим, что в последние годы, с усложнением социально-политической по­вестки дня, для западных демократий (особенно для США) характерно фор­мирование групп и ассоциаций для решения какой-либо определенной проб­лемы, которые распадаются после выполнения задачи. Такие группы возника­ют не только на общегосударственном, но и на региональном уровне.

Функциигражданского общества

Систематическая теория гражданского общества пока не создана, но все же имеющаяся практика позволяет говорить о ряде функций, явно выполняемых его организациями и структурами. Главное заключается в том, что самим фак­том своего существования оно не допускает тотального огосударствления со­циальной жизни. В этой связи гражданское общество, бесспорно, играет и по­литическую роль, которая заключается не в приобретении или удержании власти, а во влиянии, проводником которого выступают гражданские ассоци­ации. Это влияние может осуществляться как напрямую, так и косвенно. В не­которых стабильных демократиях (в частности, в Швеции) общественные объединения уже давно представлены в исполнительных органах власти. Оп­равданием подобного представительства служит желание политиков зару­читься поддержкой «третьего сектора» и приобщить его к выработке админи­стративных решений. Не все, однако, считают подобную систему безупреч­ной; критики полагают, что система прямого общественного присутствия по­ощряет корпоративизм и препятствует подлинной открытости.

Косвенное вмешательство общественных организаций в политику реализует­ся в двух основных вариантах. Первый — это работа в политических партиях, второй — лоббирование с помощью всевозможных «групп давления». При этом дилемма плюралистической демократии, как отмечает Олоф Петерссон, состоит в том, что она одновременно и нуждается в организованных «группах интересов», и испытывает угрозу с их стороны. Как в традиционных, так и в молодых демократиях сегодня сильны позиции тех, кто усматривает в «груп­пах влияния» один из дефектов демократической системы и потенциальную угрозу общественным интересам. По всей видимости, таково одно из проявле­ний масштабного кризиса, переживаемого классическими моделями демокра­тии в настоящее время.

Гражданское общество в России

В советской России гражданское общество допускалось на уровне кружков «кройки и шитья» или «авиамоделирования», работавших, как правило, при домах культуры. Проблемы социального, политического или экономического развития в сферу интересов таких групп, естественно, не попадали. Лишь ничтожная доля граждан с риском для собственного будущего собиралась для обсуждения литературных новинок журналов «Континент» или «Посев». В це­лом, в отличие от ряда других стран демократического транзита (прежде все­го, латиноамериканских), где неправительственные организации активно действовали и до перехода к демократии, никакого представления о гражда­нском обществе коммунистическая Россия не имела.

Начало перестройки и проведение первых альтернативных выборов вызвали бум в развитии гражданского общества, прежде всего в области независимого мониторинга выборов, правозащитного движения, гражданского образова­ния. Возникли сотни, тысячи структур, причем поле их работы постоянно расширялось. В начале и середине 1990-х годов многие российские некоммер­ческие организации (НКО) присоединились к международным сетям, привле­кая в страну новые идеи и ресурсы. Это было время «романтизации» граждан­ского общества; тем не менее, уже тогда в его развитии обозначились серьез­ные проблемы — прежде всего коррупция, а также появление нового слоя «гражданских активистов», для которых работа в структурах гражданского об­щества «на западные деньги» превратилась в удобный образ жизни. Помимо этого многие структуры гражданского общества не были знакомы населению и не пользовались его поддержкой, оставаясь элитными ассоциациями.

В конце 1990-х годов гражданское пространство упорядочилось, произошла естественная «селекция» организаций, их установки и устремления сделались прагматичными и конкретными. Новый этап в развитии российской государ­ственности, и, соответственно, гражданской сферы, начинается с 2000 — 2001 годов. Свертывание публичного пространства естественным образом затро­нуло и гражданское общество. Сегодня многие его организации фактически слились с государством, утратив свою гражданскую природу. Это касается, в частности, профсоюзов и средств массовой информации. Влияние на государ­ственную политику со стороны ассоциаций бизнеса решительно сократилось. Что же касается правозащитных организаций, то государственные органы не­редко воспринимают их роль в обществе как неблагоприятную, дестабилизи­рующую внутреннюю ситуацию и оказывающую негативное влияние на имидж России за рубежом.

Следует указать на крайне неравномерное развитие структур гражданского общества по регионам России. Так, наряду с такими регионами, как Карелия, где эти структуры в силу ряда объективных причин развиты очень хорошо, су­ществуют также регионы (прежде всего, республики), где гражданское обще­ство практически неосязаемо. Между тем наличие жизнеспособной граждан­ской среды является необходимым предварительным условием действенного самоуправления. Именно гражданское общество стимулирует развитие гори­зонтальных связей, крайне необходимых для страны.

Практика стран демократического транзита показывает, что характер и тем­пы развития гражданского общества еще более, нежели реформирование инс­титутов государства, зависит от исторических, культурных, социально-эконо­мических предпосылок и тенденций развития страны. В этом смысле перспек­тивы России на ближайшее будущее трудно оценить оптимистически.

Гражданское общество в эпоху глобализации

Поскольку наиболее фундаментальные проблемы, с которыми в настоящее время сталкивается человечество, затрагивают все государства, мы являемся свидетелями становления новой, межнациональной (или транснациональ­ной) структуры гражданского общества. Сегодня деятельность многих обще­ственных объединений выходит за рамки национальных государств; соответ­ственно, объектами их воздействия и влияния оказываются не только прави­тельства отдельных стран, но и международные институты, например ООН. Многие вопросы, в частности стремление запретить использование противо­пехотных мин, поднимаются в первую очередь неправительственными организациями. Разумеется, в данном контексте гражданское общество вовсе не стремится подменить собой государство, его задача состоит в том, чтобы по­будить государственную власть всех стран обратить внимание на ту или иную проблему.

Упомянутый процесс, в свою очередь, имеет и оборотную сторону. В тех стра­нах, где демократические устои и гражданские традиции слабы, местные него­сударственные организации, поддерживаемые глобальными структурами гражданского общества, начинают испытывать нарастающее давление со сто­роны собственных правительств. Последние, выступая с позиций превратно трактуемого патриотизма, отстаивают идеал «доморощенного» гражданского общества, не вписанного в глобальные сети общественного участия и всецело зависящего от своего государства в плане как выдвигаемой повестки, так и ис­пользуемых ресурсов. Как правило, подобные процессы характерны для стран с несостоявшимся средним классом.

Литература

Д. Коэн, Э. Арато. Гражданское общество и политическая теория. М.: Весь мир, 2003

Р. Патнэм. Чтобы демократия сработала. Гражданские традиции в современной Италии. М.: Московская школа политических исследований, 1996.

М. Скидмор. М. Трипп: Американская система государственного управления. М.:

Квадрат, 1993.

А. де Токвиль. Демократия в Америке. М.: Прогресс, 1992.