Общая тетрадь

вестник школы гражданского просвещения

 
 

Оглавление:

К читателю

Семинар

Тема номера

XXI век: вызовы и угрозы

Концепция

Дискуссия

Свобода и культура

Личный опыт

Новые практики и институты

Nota bene

In memoriam

№ 4 (39) 2006

Будущее гражданского общества

Даниэль Деттлинг, председатель Berlinpolis е. V. (ФРГ)

Дискуссия на тему «гражданское общество и гражданские инициативы» в Германии началась сравнительно недавно. До 1989 года о гражданском обществе в Германии речь шла нечасто.

И в России о гражданских инициативах ста­ли говорить лишь после падения коммунистического режима. Между тем в последние десять лет в обеих стра­нах наблюдается динамичное развитие этого сектора общества как в качественном, так и в количественном отношении. В Германии сегодня сектор гражданского общества, являясь некоммерческой сферой, обладает огромным потенциалом. Самый крупный частный работодатель в стране — Каритас*, а не «Мерседес Бенц». Чем вызвана такая тенденция?

Первая причина — культурологического характера. Те­ряют влияние старые социальные традиции. Такие ин­ституты, как церковь, профсоюзы и городские общины, уже не настолько авторитетны и постепенно утрачива­ют компетентность в решении актуальных проблем. Во-вторых, становится все более очевидным, что общество по отношению к государству и экономике представляет собой иную, чем прежде, гораздо более влиятельную си­лу. Но при этом для его существования необходимы и дееспособное государство, и эффективная экономика.

Новая идея гражданского общества

Она формулировалась в ответ на этатизм тех, кто отдает приоритет государству, и экономический радикализм тех, кто в решении проблем делает ставку только на эко­номику. Однако новый концепт является не антитезой этих двух позиций, а попыткой найти баланс между государством, экономикой и обществом в условиях несосто­ятельности только государственных или экономических принципов управления общественными процессами. Толчком к появлению новой идеи послужили следую­щие серьезные проблемы общества:

- демографическая ситуация;

- индивидуализация и изменение системы ценностей;

- новое соотношение между политикой, экономикой и обществом и изменившееся понимание демократии.

Теперь обо всем подробнее.

В наши дни одной из главных проблем является умень­шение количества семей, а в последних поколениях более 30 процентов людей бездетны. В 50-е — 60-е годы прошлого века 95 про­центов взрослых людей состояли в браке, и у 95 процентов семей были де­ти. Эта тенденция имеет непосредственное отношение к теме граждан­ской инициативы, так как «группы повседневного единения», например, которые раньше организовывались в семьях и вокруг семей, сегодня на грани исчезновения. Целью таких групп была помощь людям, и этим занимались исключительно неработающие женщины. Но сегодня среди них растет число тех, кто не готов отказываться от профессиональной деятельности и карьеры в угоду мужчинам. И это, пожалуй, вполне обоснованно в эпоху равенства полов.

Помимо этого, есть еще один демографический фактор: люди стали жить дольше. Как утверждают социологи, сегодня каждая вторая новорожденная девочка доживет до ста лет. Уже менее чем через двадцать пять лет треть населения Германии будет старше 65 лет, и лишь шестая часть моложе двадцати лет. Европа стремительно седеет, однако в этой тенден­ции есть и положительные моменты. История не знала еще общества, в котором среди лиц пенсионного возраста было бы так много здоровых и бодрых, состоятельных и образованных людей, как сегодня.

Вышесказанное непосредственно связано со второй темой: изменением системы ценностей и процессом индивидуализации жизни. Нынешние ценности отличаются от существовавших ранее, но это не значит, что они стали хуже или менее приемлемы. В перечне ценностей в наши дни лидируют честность, естественность и доверие. Идет движение в сторону со­здания «Я и Мы-общества», развивается гражданская инициатива с целью укрепления связи обоих компонентов — личного и общественного. Что это означает? Люди все менее активны в религиозной или профессио­нальной сферах по каким-то идеалистическим мотивам, из желания по­ жертвовать собой ради великого дела или из альтруизма, любви к ближне­му и сострадания. Современные жители мегаполисов, молодые женщины, образованные люди, добровольно проявляя инициативу, хотят не только в чем-то поучаствовать, что-то обсудить и организовать, но и получить ка­кую-то отдачу — развиваться и совершенствоваться как личность. Работа на благо других не должна вступать в противоречие с желанием самореализации.

В-третьих, меняется понятие государственности и понимание демократии и политики. Для современного концепта гражданского общества не­ приемлема точка зрения, согласно которой «если есть проблемы в обществе, то этим должны заниматься исключительно государство и семья». Такое понимание государственности сформировалось в условиях немец­кой модели социальной рыночной экономики, которая была очень успеш­на после Второй мировой войны. С одной стороны, благодаря ей подня­лась экономика (основной задачей которой было получение прибыли), с другой — было создано социальное государство, которое занималось рас­пределением этой прибыли. Эта модель поддерживалась за счет естест­венных ресурсов — семьи, традиции, религии, ценностей и норм, кото­рые, казалось, никогда не иссякнут.

Но в последнее время такая модель испытывает огромное давление как изнутри, так и извне. Отчасти потому, что люди стали все больше дистанцироваться от политики, появляется безразличие к ней, усталость от по­литических партий, усиливается неприятие тенденций в современном мире (глобализация, индивидуализация). Политическими средствами уже, видимо, не решить такие актуальные проблемы, как безработица, возможность совмещения семейной жизни и профессиональной карьеры, качество школьного образования, бедность и одиночество, существо­вание нищих городских кварталов.

В Германии две трети граждан не верят, что правительство или оппозиция в состоянии решить эти проблемы. Почему так происходит? Причи­ной является прежде всего эрозия социального государства, утеря им легитимности как в культурном, так и в экономическом отношении.

Работа как источник дохода и семья — два нормативных стандарта немецко­го социального государства. В центре этой модели тот, кто работает, или, точнее, мужчина, который работает. Государство благоденствия существу­ет до тех пор, пока его основы — работа и семья — выполняют свои функ­ции, так как у него нет своего собственного потенциала. Отсюда пара­докс: чем острее потребность в государстве, тем меньше его возможности.

Гражданское общество в идеале предлагает другую перспективу, в которой общество рассматривается не только как средоточие проблем, но и как ресурс для мобилизации социальных сил, способных эти проблемы решать. Такой подход основан на следующих предположениях. Во-первых, жизнь человека и общества в целом улучшится, если как можно боль­ше людей проявит активность и что-то предпримет для себя и других. Во­-вторых, с эмпирической точки зрения общество только тогда сможет до­биться намеченных целей и преодолеть трудности, если оно мобилизует как можно больше гражданской инициативы, а не будет полагаться толь­ко на государство и адресовать ему социальные проблемы. Добровольная инициатива — это социальный капитал общества.

Новый концепт гражданского общества подразумевает другие качества человека: это не пассивный и боязливый, находящийся под опекой индивид, а ответственный и самостоятельный гражданин. Этот концепт дела­ет ставку не на отношения зависимости от государства, а на культуру ак­тивного участия людей в общественных процессах.

Продуманная государственная политика, решая важные задачи приватизации или разгосударствления, должна отдавать отчет не только в том, что государство делает, но и как оно это делает. Последовательная систем­ная политика гражданского общества подразумевает учет интересов от­дельного человека, давая ответ на вопрос: что ему нужно для полноцен­ной жизни? Таким образом, формируются предпосылки, без которых го­сударство и экономика не в состоянии выжить.

С чего начинается гражданское общество?

Ячейки гражданского общества можно создавать в крупных, хорошо финан­сируемых учреждениях, где люди проводят большую часть своего времени. Например, в детских садах и школах или в учреждениях здравоохранения: В отно­шении домов для nресmaрелых можно организовать шефскую помощь со сторо­ны школ или вовлекать пожилых людей в повседневную жизнь. Для различ­ных учреждений важны, конечно, пожертвования и спонсорская деятель­ность, но еще важнее «корпоративное волонтерство», то есть обеспечение их на добровольной основе компьютерами, оргтехникой, офисными поме­щениями, а также временное освобождение сотрудников для работы в соци­альных учреждениях для приобретения опыта и знаний.

Многие исследования, в том числе и проведенное Робертом Патнэмом*, доказывают наличие связи между экономическим ростом и социальной активностью, хотя гражданская инициатива не в состоянии победить безра­ботицу или заменить социальное государство. Гражданское общество свои­ми силами не создаст средств для пенсионного обеспечения или медицин­ского страхования. Но нельзя забывать, что материальное благополучие граждан — это только один из аспектов их социальной защиты и интегра­ции в широком понимании. Благополучие людей, устранение причин их со­циальной изолированности зависят не только от проведения государствен­ных или экономических мер. Ответы на новые вызовы, связанные с атоми­зацией общества и социальным обособлением многих людей, может дать именно гражданское общество. Жизнь любого коллектива становится более качест­венной, если граждане, от самых юных до престарелых, социально актив­ны и сообща что-то предпринимают. Повсюду, где есть высокая степень «социального единения», ниже уровень безработицы, меньше случаев наркомании среди молодежи, люди меньше болеют и выздоравливают быстрее.

Члены гражданского общества

Из результатов проводившегося в России исследования по вопросу о гражданской инициативе выявилась следующая картина: 64 процента граждан готовы проявить инициативу, но только если их к этому призовут. Из них лишь 3 — 9 процентов убеждены, что проявление инициативы может каким-то образом повлиять на решение проблемы. Из чего следует сделать вывод, что эту тему нужно как можно больше обсуждать, поддерживать и рекламировать.

В Германии после 1945 года опасались демократии без демократов. Но во­преки всем опасениям Германии удалось стать демократическим государ­ством с высоким уровнем благосостояния. В сегодняшней России можно услышать похожее возражение: «Как можно построить демократию после стольких лет господства авторитарного и тоталитарного режима?» Одна­ко Германия научилась демократии, и нет сомнений в том, что Россия так­же освоит этот положительный опыт.

Обе страны могут друг у друга поучиться, например, при помощи программ по молодежному обмену, совместных научных проектов и конференций. Многое будет также зависеть от Европы. Такой проект, как евро­пейская добровольная служба молодежи, в котором участвовала бы и Рос­сия, стал бы серьезной вехой на пути к становлению европейского граж­данского общества.

Европейское общество без социально активных граждан едва ли обладает перспективой. Реальная демократия и эффективная экономика зависят от разумного использования потенциала социального капитала. Без гражданской сопричастности и доверия, словом, без гражданского общества, которому в XXI веке нет альтернативы, не может существовать ни иннова­ционная экономика, ни инновационное государство. Гражданскому обще­ству необходимы фонды, объединения, а также предприятия, которые поддерживали бы сплоченность в обществе и создавали условия для соци­альной инициативы.

Решающее значение имеет, наконец, наше представление о человеке. Кого мы предпочтем: ответственного гражданина, который видит себя творцом своей судьбы, или зависимого, неуверенного в своих силах, считаю­щего себя жертвой перемен индивида? Ответ, на мой взгляд, очевиден.

Перевод с немецкого Нины Манджиевой